Библиотека трейдера  
   
Новые поступления
Технический анализ
Фундаментальный анализ
Основы биржевой торговли
Экономика
Словари
Forex
Риск-менеджмент
Пишите нам


[ Prev ] [ Content ] [ Next ]

Школа секса

Учитывая те уроки и наследственность, которые достались мне от отца и деда, стоит ли удивляться, что я взял за правило для себя четко разграничивать секс и спекуляцию? Приведу несколько поучительных историй.

Первый раз я столкнулся с опасностью совмещения флирта и конкуренции на теннисном турнире, который проходил на Брайтон-Бич. Тогда мне было одиннадцать лет. Я дошел до финальных игр и продолжал рваться вперед. Но вот, когда я готовился к очередной подаче, внезапно до меня донеслись возгласы приближавшейся к корту толпы: «Bebe!», «S'il vous plait!», «O-la-la!» - и пронзительное: «Non! Non!»

Толпа собралась в кружок. Мужчины ударяли себя по бедрам, хлопали в ладоши и вопили, как индейцы. А в середине шла хорошенькая девица лет шестнадцати, и на ней было бикини - едва ли не первое бикини, появившееся на Восточном побережье. Я ее узнал: она бывала на Французской Ривьере, где уже в те времена женщины часто загорали топлесс. Весь остаток матча я не мог выбросить ее из головы... и, само собой, проиграл.

Симпатичная репортерша

Во второй раз, когда я объединил секс и конкуренцию, мне только чудом удалось спастись. В 1974 году в Принстоне я играл в первом туре национального чемпионата по сквошу. Я был знаменит, поскольку годом ранее на турнире в Детройте я не проиграл ни одного гейма. После первого тура у меня должна была взять интервью симпатичная репортерша из «Дейли Ньюс». Мои мысли все время возвращались к этой приятной перспективе... а когда я опомнился, то проигрывал уже 5:0 в пятом гейме.

Когда бы я ни играл, толпа всегда болела за моего противника. Думаю, в основном потому, что я почти всегда выигрывал, а им хотелось разнообразия. Когда я начал проигрывать, болельщики застыли в напряженном ожидании. И я понял, что не хочу доставить им удовольствие.

Между тем мой соперник начал тянуть время - спорить с судьей, поминутно обтираться полотенцем, ходить вразвалочку... Одним словом, он делал все, чтобы отвлечь и вывести меня из себя.

Но несмотря ни на что мне удалось сосредоточиться. Я перешел в наступление, выбросил из головы репортершу и в конце концов разгромил своего соперника со счетом 18:13.

Держись на расстоянии

Думать о сексе, когда занимаешься делом, опасно. Но еще опаснее вмешиваться в дела других людей, когда они увлечены сексом. В первый день, когда я перешел в старшие классы, я решил записаться в школьный оркестр. Я разыскал кабинет дирижера, вошел без стука - и обнаружил, что дирижер очень занят. (Теперь стало понятно, почему каждый чиновник стремится получить отдельный кабинет.) Рубашка его была расстегнута. Он сжимал в страстном объятии хорошенькую девушку.

«Нидерхоффер! Какого черта тебе здесь понадобилось?!»

«Я только хотел записаться в оркестр. Я хочу играть на кларнете. Я знаю классиков: Моцарта, Вебера, Брамса, Россини...»

«Убирайся отсюда! Ты что, не видишь? Мелоди плохо себя чувствует. Я должен о ней позаботиться».

«Но когда я могу...»

«Никогда. Будешь играть третью партию на кларнете. А теперь убирайся».

Я играл в оркестре до окончания школы. Но стоит ли удивляться, что за все эти три года я так и не продвинулся дальше третьего кларнета?

Секс, игра на бирже и музыка - это занятия, которые полностью отключают восприятие всего внешнего мира. Отчасти именно поэтому они настолько приятны.

История секса и спекуляции

Секс и спекуляция были тесно связаны еще с древнейших времен. В конце XVIII века, если верить тогдашнему репортеру «Форбс» Грегори Дж. Миллману, именно избыток «спексуальности» стал причиной коллапса международного финансового уклада.

Честь создания современного института центральных банков часто приписывают англичанину Джону Ло, основавшему в 1716 году компанию «Миссисипи». Первым шагом на пути к его карьере стал момент, когда Элизабет Виллерс, любовница короля Вильгельма III, не смогла устоять перед мужским обаянием Эдварда Уилсона. Но после ряда свиданий Элизабет почувствовала, что их скоро разоблачат, и вынудила Джона Ло убить Уилсона. Ло приговорили к смертной казни, но он умудрился бежать во Францию. В перерывах между азартными играми и любовными шашнями Джон Ло разработал план конвертации государственного долга Франции в акции компании, которой следовало даровать монополию на торговлю с французскими колониями на Миссисипи. Ло добился аудиенции у короля Людовика XIV, и тот принял его план.

Вокруг компании «Миссисипи» поднялся настоящий ажиотаж, не уступавший, например, тюльпаномании 1650-х годов. В гостиную Джона Ло зачастили светские дамы, готовые на любую «сексуляцию», лишь бы получить долю акций компании. Чтобы подогреть публику, правительство наняло 6000 бродяг, нарядило их горняками и заявило, что эти горняки якобы скоро отправятся в Новый Орлеан искать золото. Однако в конце концов эта затея рухнула, и Ло умер без гроша.

Судя по финансовому факсу крупнейшего в мире банка, европейские правительства до сих пор считают вполне уместным создавать эйфорию в обществе, когда это необходимо для распродажи долгов и акций публике. За этим стоит теория, что государство выигрывает за счет спекулянтов. Но в Соединенных Штатах к подобным ситуациям относятся не очень-то благосклонно. Типичным можно считать обвинение, сформулированное гарвардским профессором Джоном Гэлбрайтом, утверждавшим, что создавать ажиотаж в обществе, искусственно нагнетая необоснованный оптимизм, - это безумие. Он добавлял, что подобная эйфория зачастую создается за счет эксплуатации сексуальных инстинктов публики.

В связи с этим можно вспомнить историю Вальды (мисс Вселенной), сексуальной брюнетки, которая сколотила приличное состояние в двадцать с лишним миллионов долларов, перепродавая европейским инвесторам второсортные акции на Нью-йоркской фондовой бирже. Вспоминая об этом, Вальда поясняет, что ее секрет удачной спекуляции состоял в том, чтобы разжечь в клиенте сексуальный пыл. «Самое главное - правильно рассчитать время, - пишет она. - Главное - задать решающий вопрос точно в нужный момент. Клиент прижимает меня к своей груди и тянется губами к моим губам. И в этот момент я страстно шепчу: «Так вы действительно хотите купить миллион акций?» Какой бы примитивной ни казалась эта система, она срабатывала».

Следует добавить, что эта система далеко не нова. Величайший спекулянт всех времен и народов коммодор Вандербильт не устоял перед чарами двух соблазнительных сестричек - леди Клэфлин Кук и Виктории Вудхалл, открывших брокерскую компанию по торговле акциями и золотом. Кроме игры на бирже, эти предприимчивые сестры проводили спиритические сеансы. Они добились огромной власти над коммодором. Очевидец этих событий, Мэттью Хэйл Смит, писал:

«Ради них Вандербильт был готов на все. Он отрицал это, но известные джентльмены, справлявшиеся у него о надежности сделок с участием этих леди, неизменно получали от него заверения в их абсолютной честности. Этих сестер часто видели входящими в дом Вандербильта на Вашингтон-Плейс, особенно по вечерам. Их встречали там джентльмены, наносившие деловые визиты коммодору».

Архивы пестрят анекдотическими историями, свидетельствующими о том, что спекулянты неизменно терпят убытки, как только начинают смешивать секс с бизнесом. Кеннет Л. Фишер изучил биографии семи великих спекулянтов, закончивших крахом. Джеймс Фиск-младший, Огастес Хайнц и Джесс Ливермор пострадали по вине своей чрезмерной сексуальности.

Великий банкир Джон Пирпонт Морган был известен своим женолюбием. Я задался вопросом, как же ему удавалось предаваться этому пороку в самый разгар викторианской эпохи. Автор биографии Моргана пояснил: «Он старался, чтобы в одно и то же время он и его жена всегда находились на разных континентах».

Самый уважаемый финансовый аналитик всех времен, Бенджамин Грэм, тоже был изрядным развратником. В книгах о нем часто говорится, что женам ближайших друзей и соседей Грэма приходилось постоянно быть начеку. Вот типичное описание характера Грэма, принадлежащее перу Кеннета Л. Фишера:

«Но под маской преуспевающего бизнесмена и респектабельного джентльмена скрывался человек, которому были чужды представления о порядочности в семейных делах. Он был настоящим сердцеедом и менял любовниц как перчатки, переезжая из дома в дом. До своей смерти в 1976 году он успел исколесить всю Южную Францию, Калифорнию и Уолл-стрит».

Джеймс Фиск, партнер Джейсона Гульда в период «золотой лихорадки», завершившейся в 1869 году «черной пятницей», любил красивую жизнь. Он уговорил Гульда купить ему дворец Гранд-Опера и переместил туда свой офис. Он собрал из актрис оперного театра свой личный гарем. Он щеголял в бриллиантах и шелках. Но затем разразилась «черная пятница», и все закончилось. С тех пор Фиск влачил жалкое существование на подачки Гульда и умер от руки любовника своей любовницы. Ему было всего тридцать шесть лет. А Гульд, которого не интересовало ничего, кроме бизнеса, продолжал сколачивать состояние. К концу жизни он стал миллиардером, по современным стандартам.

Хайнц, чья попытка загнать в угол компанию «Юнайтед Коппер» послужила одной из причин паники 1907 года, любил женщин, выпивку и карты. Как пишет Фишер, «его разгульные ночные пирушки не мешали ему преуспевать в бизнесе... но лишь до тех пор, пока ему не взбрело в голову развлекаться днем». Он стал устраивать в своем рабочем кабинете оргии, для описания которых эпитеты «роскошные» или «экстравагантные» слишком слабы. Когда грянула паника, Хайнц потерял свои банки, свой престиж и десять миллионов долларов. В 1914 году он умер от цирроза печени, припертый к стенке семейными проблемами и судебными исками.

Ливермор, один из величайших людей в истории спекуляций, четырежды проделывал путь от банкротства к миллионному состоянию. Но в конце концов Великая депрессия положила конец его акробатическим экзерсисам. Ливермор был трижды женат, содержал уйму любовниц, пил как лошадь и катался на великолепной яхте «Анита».

За долгие годы игры на бирже я успел познакомиться со множеством крупных спекулянтов, превысивших планку в полмиллиона долларов и прочно стоящих на ногах. Время от времени я спрашиваю у них напрямую: «Правда ли, что женщин возбуждают большие деньги и против этого искушения трудно устоять?» И мне отвечают: «Правда. Но меня это не интересует. Это обошлось бы мне слишком дорого и отвлекало бы меня от бизнеса».


[ Prev ] [ Content ] [ Next ]

	
 
 

Карта сайта №1Карта сайта №2Карта сайта №3Карта сайта №4Карта сайта №5